AZE   |    RUS

Имам Саджад (А) и борьба с искажением Ислама

Как мы уже не раз говорили, Ислам в своей популярной версии подвергся фундаментальному искажению — как и любая другая религия Откровения из всех, бывших в истории. Те люди, которые в наибольшей степени ответственны за это, — род Омейядов, сыгравший роковую роль в исламской истории, подобную той, что сыграл император Константин для христианства или фигуры вроде Ирода для иудаизма.

Омейяды, бану Умайа, были знатным и влиятельным кланом Мекки. При жизни Пророка (ДБАР) главой этого рода являлся Абу Суфьян — один из наиболее жестоких и непримиримых его врагов. После взятия Мекки Абу Суфьян формально «принял Ислам», в душе сохраняя ненависть и жажду мести. К Омейядам принадлежал третий «праведный халиф» Усман, и в период его правления этот род начинает захватывать один за другим должности в халифате, мечтая о реванше и мести мусульманам за некогда убитых родственников и утраченные позиции.

Продолжателем антиисламской политики отца становится Муавия, сын Абу Суфьяна, — еще более изощренный и коварный ум, один из исторических гениев тирании, по праву стоящий в одном ряду с такими фигурами, как Нерон или Сталин. Матерью Муавии была печально знаменитая Хинд — «пожирательница печени», прозванная так за то, что после битвы при Ухуде отрезала и съела печень убитого Хамзы — одного из лучших воинов Ислама, дяди Пророка (ДБАР), названного «господином мучеников».

Путем интриг при первых «трех халифах» Муавии удается добиться поста наместника Сирии (называемой в то время Шамом), которую он постепенно превращает в укрепленный оплот, с которого можно вести наступление на Ислам и его хранителей — потомков Пророка. Когда халифат переходит к Али (А), он отказывается его признать и начинает братоубийственную гражданскую войну. После битвы Сиффин, где его войска, терпя поражение, пошли на хитрость — прикрепили к копьям свитки Корана, в виду чего Али (А) был вынужден остановить сражение, — Муавия объявляет себя халифом.

Когда Али (А) во время молитвы был убит хариджитом Ибн Мульджамом, у Муавии не осталось конкурентов. Он вынуждает старшего сына Али Хасана — второго Имама мусульман — подписать с ним мирный договор, по которому в обмен на отказ от военных действий обещает передать ему халифат после своей смерти.

Понимая, что без соответствующей идеологии ему не удержать власть, захваченную незаконно ценой угнетения и истребления Пророческого рода, Муавия начинает формировать на основе исламской религии собственное вероучение, краеугольным камнем которой становится ненависть к Ахль аль-Бейт (потомкам Пророка). Им вводится практика регулярного проклятия Али (А) в мечетях после каждого намаза.

Таким образом, Омейяды становятся основателями «имперского ислама» — то есть, ислама, трансформированного в идеологию восточного деспотизма — собственно, то, что и по сей день большинство людей знает под именем «ислам», хотя с настоящим Исламом Пророка он имеет так же мало общего, как церковное христианство Константина — с религией самого Христа.

В чем состояла суть этой подмены? Если идеологи Константина синтезировали учение Иисуса с греко-римским язычеством, то примененный Омейядами метод искажения состоял в ином — в перемене мест: делать белое черным, черное — белым, радостное — горьким, горькое — радостным.

Что знает сегодня большинство мусульман о дне Гадир, когда Пророк (ДБАР) передал халифат и вилаят после себя Али (А), и все сподвижники принесли ему присягу? А ведь это был самый великий день в истории Ислама, о котором Всевышний говорит в Коране:

«Аль-йаума акмальту лакум динакум» — «Сегодня Я закончил (довел до совершенства) вашу религию» (5:3).

День совершенства религии — что может быть выше для верующего? И тем не менее Омейядам удалось в буквальном смысле вырезать это событие из Ислама, как и тот усуль уд-дин (столп веры), по поводу которого оно совершилось, то есть сам Имамат Ахль аль-Бейт. В исламе, подверстанном под восточный деспотизм, не оказалось места для таких вещей.

И наоборот, самые горькие события они пытались сделать радостными. Это они ввели праздник в день Ашура, день гибели внука Пророка и наместника Аллаха на земле, да будет мир над ним. «Хаза йаумун табарракат бихи бану умайа» — «в тот день возрадовался род Омейядов», говорит об этом «Зиярат Ашура». Омейяды поменяли местами Гадир и Ашуру. До сих пор ничего не подозревающие, обманутые мусульмане празднуют убийство господина рая, своего истинного предводителя, при этом ничего не зная о Гадире.

Пророк (ДБАР) сказал: «Ангелы будут оплакивать Хусейна». Подумаем, какое огромное слово высказано этим. Реальные ангелы — это не милые христианские фигурки с крылышками, а сущности, чье величие и мощь даже невозможно себе представить. Когда Пророк (ДБАР) попросил у Габриила показать его истинный облик, он увидел, что одно только крыло этого ангела (конечно, «крыло» — только образ, подобие для нас) обнимает всю Вселенную. И вот престол этих ангелов содрогнулся в день Ашуры, и небесное воинство заплакало по Хусейну (А).

А теперь подумаем над тем, что место Пророка (ДБАР) и Имамов из его Ахль аль-Бейт (А) — выше ангелов — и мы представим себе подлинный масштаб трагедии. Один человек попросил у Имама Хусейна (А) увидеть его истинный облик — и когда тот открылся ему, мгновенно поседел. Этот опыт столкновения с последней сакральной реальностью невозможно выдержать, лучи Имамата ослепляют. Вот чему бросили вызов Омейяды.

Но их план потерпел крах — Ислам не стал «новым христианством».

Коран говорит:

«Мы поставили вас срединной общиной, чтобы вы свидетельствовали о человечестве, а Посланник свидетельствовал о вас» (2:143).

В хадисах пришло: «срединная община», «община в центре» (умматун васатун) — это Имамы из рода Пророка и их шииты. То свидетельство, которое они приносят, состоит в сохранении Книги и Закона. Через них обещание Всемогущего будет исполнено, и Его религия останется неизменной до Судного Дня. Ради этого отдали свои жизни в Кербеле Хусейн ибн Али (А) и его сподвижники. «Инна ль-Хусейна мисбаху ль-худа ва сафината н-наджат» — «Хусейн — светильник истинного пути и корабль спасения», сказал Пророк (ДБАР). Свет Кербелы озарил дорогу миллионам людей и спас их от падения в пропасть безверия и невежества. Великий Имам навсегда стал властелином сердец, оживляя их снова и снова, заставляя биться в одном ритме, из года в год, когда они, подражая ангелам, по всему миру собираются на траур по нему.

И это же безмерное свидетельство стало миссией Зейнаб и Али ибн Хусейна (Имама Саджада) во время их плена.

По Божественному предопределению Имам Саджад (А) был тяжело болен во время Ашуры и не мог принять участие в сражении. Тем самым его жизнь была сохранена, чтобы род Имамов не прервался и чтобы правдивая весть о событиях Кербелы достигла каждого человека.

Когда Зейнаб и Али ибн Хусейна (А) доставили в Куфу, сам их грандиозный внешний облик и те несколько речей, которые они произнесли, имели такое воздействие, что Убайдуллах ибн Зияд (наместник Куфы, один из подлейших прислужников Омейядов) сказал: «Уведите их скорее из города, еще одни день — и здесь все станут их шиитами».

Сирия была настолько отравлена омейядским ядом, что там даже не знали, кто такой Али (А). Когда у одного сирийца спросили о нем, тот подумал и сказал: «Кажется, это был какой-то вор во время Пророка — он обворовывал людей по ночам». Сирия тогда — это ваххабитская Саудия сегодня. Когда у Имама Саджада (А) спросили, где ему было труднее всего, он три раза повторил: «Шам, Шам, Шам» — «Сирия, Сирия, Сирия».

И вот в этом царстве тагута Зейнаб и Имам Саджад (А) сделали невозможное — уже через несколько дней все базары и мечети Сирии говорили о трагедии Кербелы. Они вошли туда в цепях и унижении, а вышли с честью и славой. Они добились этого посредством только слова. Тиран не знал, что с ними делать. Он был смущен и раздавлен. Не боясь ничего, они бросали слова истины прямо в лицо ему и его слугам. Никакие угрозы не действовали. Отрезанная голова Хусейна лежала перед Язидом на золотом блюде, но в тот миг он осознал свое поражение — Единобожие было живо, оно стояло перед ним. Тогда он взмолился: «Просите что хотите, я сделаю всё». Они сказали только одно: «Пусть нам дадут отдельную комнату, где мы могли бы оплакать наших близких».

Так состоялось невероятное: прямо в сердце тагута, в роскошном дворце тирана прозвучал плач по справедливости, плач по всем, кто был замучен, пленен, унижен за тысячи лет в таких же дворцах или по приказу их обитателей — плач, который превратился в гимн Победы.

Всё, что связано с Ахль аль-Бейт (А), наделено глубочайшим символизмом. Для тех, кто суть последняя реальность творения, чье положение выше ангелов, кто может переставлять звезды и сворачивать небеса, не составило труда уничтожить кучку преступников — в конце концов, целиком стереть с лица земли все царства угнетения. Но важна была свобода, которой Бог наделил человека, чтобы он поднялся выше ангелов или упал ниже зверя. Как тогда, так и сегодня каждый должен сам делать свой выбор. Имам есть духовный владыка, который ведет своих последователей из мира видимого в царство невидимого. Но чтобы он вел их, они сами должны идти.

arsh313.com

Опубликовано: 26 Августа, 2015  19:10 Просмотров: 734 Печать